Небезпечний міст, отруйна траса та випалена земля: інтерв'ю з екологом про нищення довкілля Криму владою РФ

25 / 05 / 2021

– Алексей, скажите пожалуйста, на основе каких источников вы готовили этот отчет? 

Очень много выводов можно сделать на основе открытых источников в интернете. 

Во-первых, это спутниковые снимки. Они могут показать достаточно много, надо только иметь достаточную квалификацию чтобы найти на них то, что ты можешь объяснить. Это вырубки, застройки, образование карьеров, последствия военных учений, пожаров. Есть ресурсы НАСА, которые на заказ делают точную карту пожаров. Для исследования мы пользовались услугами НАСА. Такие ресурсы, как Google Earth и Google Maps также позволяют просматривать спутниковые снимки разные даты. 

Второй источник – это соцсети и СМИ. Ненадежный источник, потому что мы не всегда знаем правду в них сказано или нет. Поэтому, готовя исследование, мы многое проверяли при мониторинге этого источника. Например, если сообщения в соцсетях или СМИ не сопровождались документами или фото, мы не принимали их. 

Также важным источником являются российские и крымские научные публикации. Много тамошних ученых не боятся писать об экологических проблемах в Крыму. 

Еще очень важный источник – это крымский «Росприроднадзор». Что-то типа нашей экологической инспекции. Они не подчинены местной власти. Мы использовали их официальные документы. Мы считаем, что это достойный материал. Например, если даже они говорят, что море очень загрязнено в определенных местах, там нельзя купаться, этому точно можно верить. 

Также среди источников у нас есть решения крымских оккупационных и российских органов власти. 

Алексей Василюк (фото: Fасebook/Vasyliuk Oleksij)

– Что представлял собой Крым с экологической точки зрения до оккупации? 

– Крым – это очень богатая природными ценностями территория. На карте Украины – это необычный регион. Это субтропики на юге и сухие степи на севере. Такого нет больше нигде. Ни в Украине, ни в Европе. 

Об этом все знают, но какого-то специального мониторинга экологического состояния в Крыму не вели. Мы не можем взять какой-то государственный отчет «Состояние окружающей среды в Крыму» и сравнить с тем, что есть сейчас, потому что такого отчета не существует. Но, например, мы можем сесть за космические снимки, которые были сделаны до 2014 года и сделать анализ повреждения некоторых территорий. 

 

Были прекрасные степи. А теперь мы видим сплошные колеи от танков и сожженную землю без растительного покрова 

 

Мы можем оценить увеличение площади военных полигонов. Например, полигон «Опук», включая Опукский заповедник. Минобороны РФ пишет, что площадь полигона – то ли 22 га, то ли 44 га. По спутниковым снимкам видно, что повреждено там минимум 50 тыс. га! Формально, там два полигона – «Чауда» и «Опук», но они образуют одну территорию. Здесь спутниковые снимки позволяют сказать, что до 2014 году там росла трава, там есть заповедник, были прекрасные степи. А теперь мы видим сплошные колеи от танков и выжженную землю без растительного покрова. 

Местные чиновники пытаются «нагрести» столько денег, сколько успеют. Они живут одним днем.

Когда я вычитывал наш отчет, у меня сложилось впечатление, что местные крымские власти, то есть те же чиновники, которые возглавляли местные администрации Крыма и при Украине, они ведут себя как захватчики. Все негативные вещи, которые стали разрушать Крым с 2014 года (кроме строительства Керченского моста и трассы «Таврида»), были приняты именно местной, а не федеральной властью. Это и наращивания количества свалок и переброска рек для наполнения водохранилищ, перекрытие и загрязнение пляжей, массовая застройка, вырубка деревьев – это все решения местных властей. И именно местная власть ведет себя так, будто она здесь находится до завтра. Такое впечатление, что местные чиновники пытаются «нагрести» столько денег, сколько успеют. Они живут одним днем. При Украине они себя так не вели! Это меня и удивляет. Со своей стороны, российские центральные власти вкладывают в Крым колоссальные средства, демонстрируя этим то, что Россия здесь надолго и полуостров она отдавать не собирается. 

— Какие самые болезненные удары по окружающей среде Крыма нанесла российская оккупация? 

 — Мне кажется, худшее, что случилось — это строительство Керченского моста и трассы «Таврида». Для их строительства было вырублено кучу леса, уничтожены целые небольшие горы, чтобы добывать камень. Была уничтожена Бакальская коса, где добывали песок. Огромные потери были понесены просто, чтобы добыть материал на этой территории. 

Керченский мост — это по сути дамба, посередине которой оставили пространство для прохождения судов. Мост препятствует нормальной циркуляции воды между морями, что может привести к заболачиванию Азовского моря. Также мост мешает миграции рыб. Существенный вред он наносит китообразным. Шум транспорта на мосту мешает им ориентироваться в пространстве. Вокруг моста зарегистрировано много случаев выбрасывания дельфинов на берег. 

Добыли 1 млн кубометров токсичного песка, который использовали для строительства трассы и моста 

Трасса «Таврида» построена поверх кучи природных территорий, лесов, степей, на археологических памятниках. Также, чтобы построить трассу, появился примерно 261 каменный карьер в горах (это самая высокая оценка, которую я видел). Для этого горы взрывали. Из-за этого перекрылись источники, в частности те, которые имели оздоровительное значение. Грунтовые пласты были нарушены – источников больше нет. И такого очень много. И еще песок, кроме как с Бакальской косы, добывали и в других местах, в том числе из шламохранилища (Камыш-Бурунского железорудного комбината, – ред.) к югу от Керчи. Шламохранилище – это место, куда сливают токсичные отходы. Там начали добывать песок для строительства трассы. Этот песок полностью пропитан токсичными отходами! Добыли около 1 млн кубометров этого токсичного песка, который использовали для строительства трассы и моста. 

Глядя, как самолет пускает ракету и как она подрывает гору, ты понимаешь, что эта гора – Опукский заповедник 

Военные учения также нанесли серьезный удар по окружающей среде Крыма. Для природы учения ничем не отличаются от реальных боевых действий. Это такое же движение техники и взрывы боеприпасов. Россия увеличила свой военный контингент в Крыму, ему постоянно нужно что-то делать, показывать свою мощь. Минобороны РФ постоянно публикует качественные видео под разными ракурсами с учений в Крыму, как они там стреляют, взрывают снаряды на земле, в горах и в море. Если ты имеешь определенную квалификацию, или если ты человек из Крыма, то глядя, как самолет пускает ракету и как она подрывает гору, ты понимаешь, что эта гора – Опукский заповедник. Для Минобороны РФ эти ролики – красивая демонстрация силы, но для эколога – это детальное свидетельство разрушения окружающей среды. 

 Для природы Крыма малое количество осадков и пресной воды в целом – нормальное состояние 

Что касается вопроса дефицита пресной воды в Крыму, то это, в основном, проблема для людей, а не окружающей среды. Для природы Крыма малое количество осадков и пресной воды в целом – нормальное состояние. Крым был засушливым регионом тысячелетиями. 

Так же и почвы. Крым окружен морями, поэтому его грунтовые горизонты были солеными. После строительства Северо-Крымского канала в почву начала попадать пресная вода, которая вытеснила соленую. Теперь без днепровской воды почвы и подземные воды возвращаются к своему естественному состоянию. 

– Какие необратимые потери уже нанесла российская оккупация окружающей среде Крыма? Что уже нельзя исправить? 

– Практически невозможно исправить последствия строительства Керченского моста. Мост – это бомба замедленного действия. Хуже последствий его существования, о которых мы уже говорили, может быть его разрушение. 

Ущерб окружающей среде от строительства моста можно нивелировать только очень теоретически 

Керченский полуостров – наиболее сейсмоактивный регион в Украине. Они всунули туда огромный сверхтяжелый объект. Дно Керченского пролива – нестабильное место. Сейчас мост уже проседает. Допустим, через несколько лет он просядет и упадет, тогда его руины окажутся в очень мелком сейсмоактивном проливе. Огромный объект заблокирует движение кораблей и может спровоцировать какие-то геологические процессы. 

Мы не знаем вообще, что находится на дне Керченского пролива. Там большие слои ила, под которыми происходят неизвестные геологические процессы. Если завтра такой тяжелый объект из-за любых причины упадет в пролив, никто не знает что может произойти. 

Катастрофы можно избежать, если мост аккуратно разобрать, но как это реализовать на практике – другой вопрос. То есть вред окружающей среде от строительства моста можно нивелировать только очень теоретически. 

Также невозможно восстановить те участки в горах, где были созданы новые карьеры. Там целые горы были уничтожены взрывами. Как я уже отмечал, из-за этих взрывов были заблокированы целебные источники. Они уже потеряны полностью. 

Бакальская коса. Это было очень важным местом гнездования птиц, там не было хищников. И вообще это был очень интересный геологический объект. Была коса, а теперь ее размыло, ее уже нет. 

Все остальное еще можно исправить.

Поділитись

Вибір редакції

Еще Статьи