Вы находитесь:

Задержанный очевидец об обысках 27 марта (Каменка, Симферопольский р-н)

Апрель 22, 2019 13:44 0 827 Qriminfo
Эмиль Зиядинов – свидетель и один из задержанных активистов, которые пришли поддержать обыскиваемых во время рейда силовиков в микрорайоне Каменка (Симферополь). Ему немного за 30, спортивная карьера и завидное спокойствие. Утром 27 марта в Каменке прошли массовые обыски, которые, как выяснилось позже, происходили в рамках уголовных дел против более 20-ти человек, обвиняемых в участии в «Хизб ут-Тахрир» – религиозной организации, признанной экстремистской в РФ.

О событиях 27 марта

О происходящем я узнал около 7 утра. Жена зашла в фейсбук, и на тот момент 10 или 11 обысков уже произошли. Мы сразу среагировали и собрались. Было несколько машин с Октябрьского (поселок в Красногвардейском р-не Крыма, где проживает Эмиль – ред.). Я думаю, со всего Крыма туда ехали, потому что обысков было куча. Задержанных в итоге было 23, и еще Эдем Яячиков, чье нахождение на данный момент неизвестно. Я не знаю многих ребят, которых взяли. Я был у Рустема Шейхалиева – мы с ним, может, где-то виделись. Но конкретно его я не знал, как например Ремзи (Ремзи Бекиров – ред.), Руслана (Руслан Сулейманов – ред.), того же Эдема (Эдем Яячиков – ред.). Мы поехали туда, где было меньше народу. Когда приехали, там около 10-11 человек было.

На одной улице было два обыска. У Рустема и чуть дальше по улице – у его племянника. Силовики оцепили улицу с двух сторон. В конце улицы стояла машина ГИБДД. Мы были около дома Рустема, а Эскендер агъа (Мамутов – ред) находился по другую сторону. Он пытался пройти туда – он ведь родственник. Возмущался, но его не пускали.

Приехали силовики – они уже выстроились, никого не пропускали, не выпускали. Это была улица Мемета Аппазова. Мы спокойно стояли в стороне, какая-то беседа может и была с силовиками. Был момент, когда подошел адвокат – они ее не запустили. Она представилась, сообщила что адвокат Рустема (Рустем Шейхалиев – ред.) и просила пропустить. Силовики ее проигнорировали. Я выкрикнул, что недопуск адвоката до подзащитного – это правонарушение, но это тоже проигнорировали. ФСБ-шников я там не видел. Возможно, они внутри были. Лично я на месте видел ОМОН и работников Киевского райотдела (Киевское районное отделение полиции в Симферополе – ред.).

О задержании

Через 20-30 минут вышел один из представителей правоохранительных органов – по звездочкам на погонах я понял, что это был майор. Он был в форме полиции. Представился и попросил всех разойтись, якобы потому что собравшиеся организовали несанкционированный митинг и тем самым преграждают дорогу. Началась словесная перепалка. Я, кажется, сказал ему, что ничего мы не заграждаем – машины спокойно проезжали. Другие ребята что-то начали добавлять. Тут я  почувствовал, что ОМОНовцы начинают теснить собравшихся, окружать. Нас там было около 15-ти человек, а их на улице – 35 где-то, плюс, те, которые в домах были. Через 20-30 секунд после этого заявления майора, я краем глаза увидел, как силовики подошли к Эскандер агъа (Мамутов – ред). Я тогда понял, что его хотят «брать». Я пошел в его сторону и хотел спросить на каком основании они производят задержание, схватил Эскендер агъа за руку. И в этот момент меня тоже взяли. После этого меня тоже забрали. Я уже не сопротивлялся задержанию. Нас очень грубо задерживали, сразу начали заламывать руки.

 Задерживали минимум двое по бокам. Но сколько их всего было – не помню. Кажется это были ОМОНовцы. Кто-то бил по голове, кулаками по корпусу.  Хотя я не сопротивлялся. Меня ударили об капот «газели». Я уже не помню многих нюансов, потому что был в состоянии аффекта. Но я помню момент, как они меня бьют, и один другому говорит, чтоб прекратили избиение, так как кто-то из соседних домов снимает это на телефон. После чего они прекратили. Надели наручники и повели к машине. Кстати, наручники очень сильно зажали, что потом у меня дня четыре были следы. Один подбежал, начал тыкать мне пальцем в голову и говорить: «Тебя точно в тюрьму!», «Что вы добиваетесь, зачем вы сюда пришли, вам за это платят» и т.д. В мой адрес оскорблений не было, но я слышал, что Эскандер агъа называли клоуном, а всех собравшихся – обезьянами.

Из машин там были газель, автозак и точно два УАЗ Патриот. Меня сначала в него посадили, а потом вроде бы в «газель». Они взяли мою кепку и натянули ее так, что я ничего не видел. Один начал меня бить по кепке. Во время задержания у меня выпал телефон, который сразу мне не отдали. Сказали что передадут следователю. Эскандеру так же натянули шапку, тоже чтобы он ничего не видел. Эскандер агъа спросил у ОМОНовцев, за что они так себя с нами ведут, на что тот в ответ: «Ты что меня не узнал? Если такой герой, пойдем выйдем, разберемся». Куда нас везут, нам не сказали. Потом я узнал, что возле Куйбышевского кольца, там Киевское райотделение. До этого я там ни разу не был. Все было закрыто, мы не видели куда нас везут, только слышали их голоса и все. Когда нас привезли в отделение полиции, с нас сняли наручники.

Во время задержания как минимум два удара было. Один помню отчетливо, о втором понял, когда увидел следы. В тот день были сильные головные боли. До сотрясения, думаю, не дошло. Но на протяжении всего дня боли были сильные.

Я понимал, что это, в любом случае, испытание от Аллаха, от Господа. Что будет – то будет. В любом случае, так они не смогут нас запугать. Однозначно. Если так – то так. Что тут поделаешь. Я в полной безызвестности. Была угроза, что заберут в тюрьму. Но что поделаешь.

Отделение «полиции» и «суд»

Когда доехали в отделение полиции, нас отвели в кабинет, и там, судя по всему, начали делать протокол задержания. Начали с Эскендера агъа. Потом повезли нас на освидетельствование – пили ли мы, или, может, под наркотическим действием. Все анализы показали 0-0. Потом нас увезли. Потом уже, в самом отделении, был составлен протокол. Копию выдали – она сейчас у защитника, Руслана Абдурашитова. Под отделением нас ждали ребята, которые с нами наблюдали за обыском. Долго стояли, ждали, потом я позвонил им и сказал, чтобы уже уходили. Потому что нас оттуда сразу в суд должны были везти.

Кто составлял протокол, имена кого-либо из силовиков, я не помню. Сам протокол я не подписал. Я с ним ознакомился – обстоятельства задержания записаны с моих слов. Но я отказался подписывать – ссылался на защитника, так как я неграмотен в этих делах. Тогда они вызвали двух понятых, которые засвидетельствовали, что я отказался подписывать протокол. А вот самих защитников вообще не пускали. Там был Сабри Талыбов и Руслан Абдурашитов. Мы их видели, они принесли нам еду. Но внутрь их не пустили. Мы в зале ожидания увиделись – мы сидели там под присмотром полицейских.

 
«Киевский районный суд» Симферополя.
Фото: ОО «Крымская Солидарность»

Потом мне постоянно названивали. Телефон мне не отдавали. Отдали его уже только около 4-х. После мы ждали. С нами всегда кто-то был – в туалет ли мы идем, или еще куда. Потом нас привезли в «Киевский районный суд» – уже без наручников, с двумя полицейскими. Там мы тоже какое-то время ждали. Меня отвели на второй этаж, Эскендера агъа – на первый. У «судьи» фамилия, кажется, Кузнецова. Защитник, конечно, подготовился – сразу заявил ряд ходатайств. Я сразу подал ходатайство, чтобы присутствовали Руслан и Сабри – она это отклонила, заявила, что одного достаточно.

«Суд» прошел, скажем так, интересно. Защитник хочет подать одно ходатайство, второе. А она ему: «Говорите по существу». И что бы он не сказал, все она его перебивает: «по существу» да «по существу», и толком ничего ему сказать и не дала. Все это длилось минут 10 – быстро ознакомились с «делом», и начались эти прения. Мне дали слово. Я посмотрел, что в протоколе было написано, что я якобы схватил за руку представителя правоохранительных органов, и пытался его оттащить. Я сказал, что однозначно с этим несогласен. Она послушала, затем сказала выйти. Через некоторое время – довольно-таки долгое, около часа, – она заявила, что «суд» признал меня виновным. 500 рублей штрафа. Статья 19.3 – сопротивление сотрудникам полиции. После я уже спокойно смог выйти из здания суда. Мы уже подали на апелляцию. Документов у меня не осталось – все у моего защитника.

Руслан Абдурашитов, гражданский защитник Эмиля Зиядинова, так рассказывает о ходе дела:

Я приехал в отделение полиции уже после того, как ребят задержали. Со мной связались гражданские журналисты, которые присутствовали при обысках. Во время задержаний не было составлено никаких процессуальных документов. Зиядинов обронил телефон во время задержания. Силовики его забрали и вернули уже после обеда. Не знаю, вскрывали ли они его. При изъятии также не было составлено никаких процессуальных документов. Протокол доставления был составлен во второй половине дня – они уже при нас составляли, когда мы на проходной ждали задержанных. Нас, как защитников, ничем не аргументируя, не допустили к ним. Лично общаться мы уже смогли только в помещении суда. Мы, аргументируя тем, что Федеральный закон РФ обязывает предоставить задержанному возможность встречи с защитником, пытались попасть к ним, но силовики, без аргументации, просто игнорировали это. Когда мы потребовали имя, на которое можем написать жалобу за несоблюдение этого права, нам заявили: «Пишите на охрану труда в городе Симферополе». Пошутили, в общем. До суда их вывозили на освидетельствование – проверяли, не пьяны ли они.

Само обвинение представлялось только через заявление и видеозапись задержания (обвинителя на «заседании» не было, все обвинение было предоставлено через заявление и видеозапись – ред.). На этом видео, по сути, не видно, что конкретно произошло. Вместе с ним был Эскендер (Мамутов – ред.), который пришел поддержать свою сестру – у нее дома тоже был обыск. Улицу перекрыли неизвестные в форме, масках.

Видео: ОО «Крымская Солидарность»

Эмиль назвал их ОМОНовцами, но, по факту, они были без опознавательных знаков. Из тех, кого можно было распознать, были сотрудники Киевского райотдела. Обвинялся Эмиль по статье 19.3 («Неповиновение законному распоряжению сотрудника полиции») – якобы Зиядинов схватил кого-то из сотрудников. На видео этого вообще не видно.

Протокол был составлен не непосредственно на месте задержания, а уже в Киевском райотделе. Зиядинов подал устное ходатайство, чтобы его представляли два защитника – я и Талыбов (Сабри Талыбов – ред.). Судья проигнорировала. После я попросил вынести частное определение, почему судья не допускает к слушанию второго защитника. Без каких-то юридических обоснований, она просто сказала, что одного достаточно. Все это происходило, по сути, в подсобке – маленькая комнатка, заваленная бумагами и книгами.  Сам судебный процесс для меня был диким, хоть и привычным в тех реалиях, которые сейчас в Крыму. Даже базовые ходатайства, которые я подавал суду (присутствие слушателей, присутствие прокурора, как стороны обвинения) – судья вернула мне, даже не посмотрев на них. Заявила, что все нужно «по существу», и «побыстрее». Хотя она обязана их принять и хотя бы прочесть. Да и сам процесс проходил 10-15 минут. Вынесение решения проходило около часа. Мы подали на апелляцию – слушание будет 22 апреля в 15:30.

Поделиться в соцсетях:
Додати коментар
0 комментариев